Европейское искусство перманентно развенчивает миф о Европе как о мире процветания, и литературе здесь принадлежит едва ли не ведущая роль. Главным мастером беспощадных социально-антропологических диагнозов пока остается Мишель Уэльбек, но у него уже появляется очень перспективная смена.

Дебютный роман 35-летнего норвежца Матиаса Фалдбаккена " Кока гола компани " — о тех элементарных частицах, из которых складывается жизнь после конца культуры и истории.

В отличие от Уэльбека, Фалдбаккен — комик, хотя и очень мрачный. Горький юмор — едва ли не основной ингредиент его "скандинавской мизантропии". Именно это определение, придуманное самим автором, стало названием трилогии, которую открывает " Кока гола компани", так что в подзаголовке романа значится "Скандинавская мизантропия 1".

В книге Фалдбаккена действуют люди, не примечательные ничем, кроме их принадлежности к обществу меланхоличного саморазрушения. Впрочем, род деятельности главных героев не совсем обычен: они подвизаются в концерне ЕБУНТ, производящем порнофильмы. Поэтому все интересующиеся смогут найти здесь массу сведений о технологиях, правилах и стандартах порноиндустрии, вплоть до подробного руководства, предназначенного для режиссеров и исполнителей.

Порноактеры Типтоп и Каско — люди без свойств, подчинившие свою физиологию нуждам специфического производственного процесса. Отец Каско Ханс и брутальный резонер Симпель — прагматичное начальство ЕБУНТа. Отшельник Ритмеестер — мозговой центр, автор предписаний и главный оценщик продукции.

Однако сюжет о съемках порно, сам по себе весьма характерный для уэльбековского Запада, работает у Фалдбаккена как прожектор, высвечивающий нечто еще более характерное — пресные куски европейской повседневности, букеты комплексов, неудач и патологий, оставшиеся от большого оранжерейного проекта под названием "открытое общество". К общеевропейским проблемам добавляются специфические норвежские: за северное благополучие приходится платить дополнительно.

Величественное здание политкорректности неудержимо заваливается набок, ибо конструкция его абсурдна; обыватели по инерции пытаются наслаждаться великой культурой прошлого, но малейшие претензии на интеллектуализм заставляют их выглядеть напыщенными идиотами; психиатрия и педагогика демонстрируют полнейшую несостоятельность. Последнее описано с особым вкусом: семилетний сын порноинтеллектуала Симпеля и его жены-занзибарки — монстр гиперактивности, доводящий учителей до истерики, не поддающийся никакому позитивному воздействию и осознанно вносящий деструкцию в любые действия окружающих. Трагикомическую пару ему составляет взрослый, но тоже плохо адаптированный к окружающему заика Спидо, целенаправленно превращающий себя в алкоголика на основании странного коммерческого договора.

По стилю, технике и взгляду Фалдбаккен близок к Ирвину Уэлшу и исландцу Халлгримуру Хельгасону: он тоже предпочитает настоящее время прошедшему, фиксирует происходящее на атомарном уровне и использует язык как катализатор тотальной иронии, имитируя иноязычные акценты и речевые казусы. Переводить Фалдбаккена вряд ли намного легче, чем того же Уэлша, но перевод в целом удачен. Звезд, восходящих на литературный небосклон благодаря закату Европы, со временем будет больше; пока же их еще не столь много, чтобы можно было перестать пристально следить за каждой.